Микробы

Обитатели одной из ферм в графстве Глостершир имели свое мнение на то, как уберечься от оспы. Они были уверены в том, что если человек переболел коровьей оспой, заболеванием, пора­жающим не только коров, но иногда и людей, то это делает его невосприимчивым не только к коровьей, но и к обычной оспе. Глостершйрский доктор Эдуард Дженнер решил, что в этом де­ревенском «предрассудке» может крыться и частица истины.

Если это наблюдение было верным, то все складывалось прекрасно, ведь коровья оспа вызывает появление едва заметных пузырьков и оставляет после себя также едва различимые отметины. Доктор обратил внимание на то, что молочницы, у которых риск подхватить коровью оспу был наибольшим, не имели на теле оспин. (Вероятно, характерная для XVIII века склонность к романтиза­ции молочниц основывалась на том, что их чистые здоровые лица выглядели особенно красивыми в мире людей, покрытых оспи­нами.)

Может быть, коровья и обычная человеческая оспы так схожи между собой, что выработавшаяся в организме защита к коровь­ей оспе предохраняет человека и от человеческой оспы? Доктор Дженнер с большой осторожностью начал проверять правиль­ность своего предположения (первыми испытуемыми, скорее все­го, стали члены его семьи). В 1796 году он решил рискнуть и проделать завершающую проверку. Вначале он сделал привив­ку коровьей оспы восьмилетнему мальчику Джеймсу Филлипсу, взяв в качестве прививочного материала жидкость из пузырьков коровьей оспы, которые были на руках молочницы. Два месяца спустя он перешел ко второй, решающей стадии эксперимента, граничащей, право, с безрассудством. Он умышленно привил ма­ленькому Джеймсу человеческую оспу.

Мальчик не заболел. Он стал невосприимчив к оспе.

Дженнер назвал процедуру прививки вакцинацией (от слова «вакциния», что в переводе с латыни означает «коровья оспа»).